Часть 2. Общественное отношение к криптовалютам: Китай и Юго-Восточная Азия

Для чего нужна криптовалюта? Кому нужны инвестиции в криптовалюту и в каких объёмах? Анализ вопросов блокчейна, Биткоина и альткоинов показал неожиданный прогресс осведомлённости общественности в этом вопросе.

Если уж быть досконально точным, то «целевой аудиторией», которая обретает все прелести криптовалют, является огромная категория бизнесменов, занимающихся внешнеторговой деятельностью. Дело в том, что в структуре времени, уходящего на один оборот в международной торговле, существенная доля уходит на… оформление. Причём, не груза на таможне, а на прохождение денег по «банковским закоулкам». Любая страна, любая фискальная власть заботится о том, чтобы по-возможности максимально не допускать оттока капиталов из своей юрисдикции.

По сути, в этом и заключается причина противодействия государственных властей различных стран «криптовалютным тенденциям». Экономические субъекты видят в альткоинах свободу миграции капитала. Она позволит им инвестировать в тех точках мира, где капиталу более «уютно» (где лучше сочетание доходность/риск). Но государство не желает расставаться с капиталами просто так. И, как минимум, хотело бы получать с этих трансграничных перемещений обязательные платежи.

Получается, что запрещается экспорт капиталов, а страдают при этом международные торговцы. Для которых столь востребовано «крутить» свои сделки побыстрее. Имеет смысл оценить категории заинтересованных поподробнее и сделать это представляется целесообразным по странам. Юго-Восточной Азии, конечно.

Китай

С кого же ещё начинать, как не с Поднебесной. Поистине, эта страна долгое время правила бал в отрасли создания и поддержания всей криптовалютной инфраструктуры. Весь мир в области виртуально-денежного регулирования ориентировался исключительно на Китай. До тех пор, пока, как в сказке, КПК не решила повернуться к криптовалютам задом. Трудно сказать, какая именно дискуссия предшествовала данному решению, но то, что оно весьма недальновидно и противоречит китайской мудрости – это факт.

Такой вывод напрашивается просто из банального сравнения с пословицей: «Почувствовавший дуновение ветра перемен не щит от ветра должен строить, а ветряную мельницу»

Запретительный «эдикт» больно ударил по интересам многочисленных китайских предпринимателей. По усреднённым, оценкам в международной торговле задействовано порядка 1,73 млн. юридических лиц. И на порядок больше лиц физических (предпринимателей без образования юридического лица). Трудно сказать, насколько это увеличит поступления в рамках платёжного государственного баланса, а также суммарный объём «податей», но то, что оборот торговцев по результатам «зачистки» сократится, это факт.

По результатам независимого опроса, проведенного информационным агентством «Синь-Хуа» ещё в относительно далеком 2016 году, количество признавшихся в том, что имеют в структуре своих сбережений виртуальные валюты, зашкаливало за 20%. При этом число тех, кто сообщал о том, что использует криптовалюты в своей деятельности по работе превышало 16%.

Беспрецедентно, например, для Европы с её максимумом в 15% и то, в Турции

И при этом в Китае европейская закономерность не действует. В Европе приверженность криптовалютам демонстрировали те страны, где меньшая правовая культура и более глубоки кризисные явления в экономике. Поднебесная же является, фактически, мировой фабрикой, где производится львиная доля глобального объёма всего ширпотреба. Такое количество товаров может быть ориентировано исключительно на экспорт, чем и живет экономика Китая. Никаких кризисов – Биткоин нужен просто, как смазка в мировой торговле. А то, что основными реципиентами выгод пользования виртуальными деньгами становятся китайцы, так попробуйте сами – и у вас тоже получится!

Интересно, что на фоне торговой войны с США риторика правительства Китая по отношению к криптоденьгам существенно смягчилась. Дело в том, что с криптовалютами связано ещё одно явление, которое для того же правительства (и для руководящей и направляющей КПК) является крайне востребованным. Это ICO. И процедура фондирования стартапов в области высоких технологий является едва ли не единственным источником для Китая привлечь сами эти технологии под свою юрисдикцию.

Одно дело бытовую технику для всего мира вручную собирать и совсем другое – проводить научные исследования с постановкой «на ноги» прикладных разработок

Япония

Страна Восходящего Солнца наоборот, сознательно открылась криптовалютному обороту и последовательно и планомерно создает законодательный фундамент для регулятивной деятельности. С 2014 года в проектах, связанных с криптовалютами, прибавилось участников: дополнительно в отрасль пришло свыше 800 тыс. юридических лиц. Объёмы капиталов, мобилизованных через ICO ещё в начале 2017 года превысили планку в $100 млрд.

Сравнивая положение Японии и Китая, диву даёшься, как из одних и тех же аргументов разные правительства могут сделать столь отличающиеся выводы:

  1. Экономика и Китая, и Японии сильно зависимы от экспорта. И там, и там объём общего производства и внутреннего потребления различаются в 10 раз.
  2. И в структуре народного хозяйства Японии, и в экономике Китая преобладает мелкий и средний бизнес.

Правда, есть одно существенное различие: Китай всё-таки обладает собственной ресурсной базой (в то время, как в Японии она полностью отсутствует). Плюс континентальное положение Поднебесной даёт этой стране некоторые плюсы в логистике с помощью железнодорожного транспорта (чего лишена Япония).

Проводимые исследования относительно привлекательности криптовалют для пользователей Японии выявили перманентное увеличение доли «оптимистов»:

  • в 2015 году среди опрошенных було только 8%, кто видел за виртуальными деньгами будущее;
  • в 2016 году – их уже стало 12%;
  • 2017 год порадовал сразу 18%.

Как экспорт, так и импорт крайне важен для Страны Восходящего Солнца. Поэтому ускорение оборота местных торговцев неизбежно отразится на росте ВВП. И на показателях того же платёжного баланса страны.

А для справедливости следует отметить, что есть между Китаем и Японией ещё одно крайне важное различие. Оно, возможно, является ключевым с точки зрения возможностей распространения виртуальных денег. Это различие в менталитете:

  1. Японцы более патерналистичны. Это выражается в том, что они соблюдают закон даже если «никто не видит». Иными словами, налоги будут уплачиваться со всех требуемых поступлений на счета юридического лица, даже если, условно говоря, сломается кассовый аппарат. И с этой точки зрения становится не так важно, в какой валюте экономический субъект принимает свою выручку: в йенах, долларах или Биткоинах. Тот же самый подход наблюдается и в сфере экспорта капитала. Японские бизнесмены не делают запрещенных вещей просто потому… что закон не велит.Примерно подобное поведение демонстрируется гражданами Скандинавских стран, где криптовалюта также в ходу на всех уровнях (имплементирована в хозяйственный оборот).
  2. В отличие от Японии, в Китае предприниматели больше смотрят в собственный карман. И не склонны упускать выгоду там, где её можно отхватить и приватизировать. Технологическая конструкция виртуальных денег не позволяет установить за ними полный контроль со стороны кого-бы то ни было. Поэтому нет спасения от желающих незаконно «нагрести и вывезти», кроме как просто искоренить носитель. Отчасти именно с этим и связана атака правительства Китая на криптовалютную инфраструктуру.

Южная Корея

Если вам нужен эквивалент непоследовательности, то этим примером с полным правом может стать Южная Корея. Но сначала немного статистики:

  • 2015 год — граждан, признавшихся в пользовании виртуальными деньгами — 14%;
  • 2016 год — 16%;
  • 2017 год — 17%.

Отметим, что хозяйственная модель Южной Кореи – «государственный капитализм». Здоровенная часть экономики страны находится под властью корпораций с львиной долей государственного участия. Да, это государство также, как и Китай, и Япония существенным образом вовлечено в общемировую экономическую инфраструктуру. Экспорт почти в 8 раз превышает внутреннее потребление. Но в своей структуре продавцами являются именно крупные корпоративные транснациональные гиганты.

Нужно отметить, что криптовалюты для транснациональных корпораций существенно менее насущно востребованы, чем для множества предприятий среднего и малого бизнеса. «Крупняк», как правило, представлен в тех странах, между которыми осуществляется торговля, куда идёт экспорт (потому-то такие корпорации и называются транснациональными). В этой связи денежные потоки вообще могут быть локализованы внутри этих государств безо всяких изобретений в виде криптовалют. И это действительно правильно и выгодно.

Но не в этом проявляется непоследовательность. А в противоречивости заявлений различных чиновников всевозможных уровней относительно «политики партии» по отношению к виртуальным деньгам. При том, что под юрисдикцией этой страны уже организовано такое количество тех же криптовалютных бирж, подобное поведение (с периодическими официальными угрозами запрета виртуальных денег, как класса) является недопустимым.

Резюме

Обращает на себя внимание факт, что при разноплановых подходах правительств трёх рассмотренных стран к вопросу виртуально-денежного оборота, везде наблюдается весьма уверенный общественный градиент на рост общего числа пользователей криптовалют. Это еще раз подтверждает тезис, что истинные ценности пробьют себе дорогу сами. Даже в условиях активного противодействия. И пусть развитие идет медленно, зато никогда не движется назад.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: